Скитурный траверс массива Сильвретты. Февраль 2012

160934_full

Началось все с того, что я забыл палки…. Два дня до этого в машине у Гогена, когда ходил с Аней на скитур. Поэтому шел я без палок, косолапо переваливаясь. В голове настойчиво крутилась: «До свидания, мой ласковый мишка». Было темно и неуютно холодно. Впереди ломился, как красная конница, не обделенный палками, – Леша. Когда мне удавалось его обгонять — я представлял себя идущим к южному полюсу Амундсеном, а Лешу – отстающим Скотом (более удачливым, чем исторический оригинал). Когда же он по-Скотски обгонял меня, я продолжал представлять себя Амундсеном, а Леше мстительно отдавал роль моих ездовых собак.

Все решили выехать в пятницу в обед и подняться на хижину на ратраке. Мы же с Лешей решили выехать пораньше, утром, и подняться пешком – все это ради чистоты стиля, высокой этики, экологии и спорта, а также тренировочного эффекта (лично я – зажал денег на ратрак). У нас был глубоко продуманный план: выходить надо самое позднее в два, иначе не успеем до темноты; поэтому, на всякий случай, стартуем в двенадцать. Стоит ли говорить, что вышли мы в половину четвертого? А еще я забыл палки…

«Классовая ненависть — самая сильная ненависть», — К. Маркс.

Город Ишгль – гламурный паноптикум, с туннелем и эскалатором через центр деревни и полным отсутствием бесплатных парковок. Вызвал у меня просто бурю классовой ненависти и потоки яда, которых хватило бы на небольшой серпентарий. Взобравшись на виртуальный броневичок, я нудно обличал, творившийся вокруг маразм – в частности и массовый туризм в горах – в целом. Но эскалатором воспользовался. Дальше был подъем по трассе – мимо нас, на встречу гламурному Ишглю, летели толпами, не боявшиеся мировой революции, гламурные лыжники.

Когда уже почти стемнело мимо нас, в закат, пронеслись на снегоходе с прицепом наши друзья, радостно и неспортивно помахав нам руками и что-то прокричав. «А палки могли бы и скинуть» – глупо сказал я Леше. Через 10 минут стемнело окончательно. От выходившего из-под маски пара смерзались ресницы. Становилось все холоднее и холоднее. Мы с Лешей понимали, что уже поздно, что ситуация изменилась не в лучшую сторону, что на кон уже поставлено самое для нас ценное – ужин. Еще через полчаса Амундсена снегоход вернулся от хижины, проехал мимо, картинно развернулся в 10 метрах и поехал к нам. Леша, как и я, с момента появления снегохода стоял с глупым видом, явно надеясь, что снегоход приехал избавить нас от этики, подзадолбавшего уже тренировочного эффекта и увезет нас на встречу с ужином. «Леша, надо делать гордый вид! Пошли!» – сказал я. Через полчаса зверского заезда на снегоходе и слегка отмороженного лица, мы были у хижины, где стоял глумливо ухмыляющийся Гоген – автор этого замечательного, абсолютно неспортивного подгона.

Прекрасный ужин – почти утраченный, но вновь обретенный, под живую музыку – трио с тирольскими песнями: хозяин на баяне, и еще двое – один на стиральной доске, другой – на палке с бубенцами, хлопушке и ледорубе (sic!). Перед сном я пытался решить геометрическую задачу по нахождению точки, равномерно удаленной от храпящих Гогена и Андрея.

На следующий день подъем на Брайте Кроне – теплый и расслабленный. А после этого, спуск к хижине Ямтальхюте – местами «сдутые», а местами весьма приятные склоны.

На хижине нарубили дров, раскочегарили печку – стало тепло и уютно. Наши неизвестные чешские коллеги, оставили тонны китайской лапши. Сварганили из всего этого огромную кастрюлю чего-то, что я назвал химическим коктейлем имени Мао Цзэдуна.

После ужина стали планировать, куда же идти дальше — первоначальные планы были чересчур оптимистичными. Я выступил с предложением, которое коротко можно сформулировать так: «сильно задолбаться, никуда не зайти и толком не покататься». Мое крайне разумное предложение показалось всем наиболее заманчивым и на следующее утро мы его выполнили почти полностью. Первая часть спуска оказалась просто отличной, но зато 9 км до Галтюра мы ПРОШЛИ вниз – вопреки здравому смыслу и законам тяготения.

Галтюр оказался приятным курортным городком – не чета рассаднику гламура Ишглю. На этом вроде бы, и пора закончить наше путешествие, но по дороге домой мы видели бордера. Сначала он скинул вниз по склону борд, пролетевший через проезжую часть на уровне стекол, а потом съезжал за ним попеременно на голове и заднице (легко перепутать). А вот на этой бессмысленной ноте и слове задница, мой рассказ подошел к концу.

прекрасные фотографии Гогена взяты отсюда

Добавить комментарий