Заметка из Klettern, поразившая многих…

Развитие ледолазанья принимает всё более экстравагантные черты. В моду входят хрупкие структуры, отдельно стоящие колонны, ледовые занавесы. И уже непонятно, где проходит граница между холодным расчётом и бессмысленным риском.

Урс Одерма – один из апологетов спортивного ледолазанья и известный альпинист, кстати, женатый на русской женщине, что характеризует его как настоящего экстремала, делится своими впечатлениями от обрушения водопада во время его первопрохождения.

ПРОЛОГ
Водопад Hydrophobia мы пролезли вместе с Карен и Рольфом. Этот восхитительный маршрут должен был стать настоящим деликатесом, высокой нотой, завершающей сезон… И вот на спуске мы завороженно останавливаемся у ледовой скульптуры. С открытыми ртами стоим у основания колонны — высокой, стройной и невероятно красивой. Мимо такого невозможно пройти без трепета, меня охватывает лихорадка, я должен попробовать пролезть это тридцатиметровое великолепие!

Вечером состоялся контрольный обзвон друзей, находящихся в этом районе. Бесконечные жаркие дискуссии о надёжности льда: выдержит — не выдержит… В целом, большинство настроено вполне оптимистично, но мы-то понимаем: из тёплой квартиры перспектива всегда несколько искажёна.

Время утекает сквозь пальцы, на дворе уже март. Предстоящую фотосессию с Клаусом Фенглером уже не отменить, остаётся только попробовать перенести её в Брунталь, если гора не идёт к Магомету… Клаус соглашается, в конце концов, какая разница, на каком водопаде снимать? На всякий случай оговариваю, что полезу только в случае полной уверенности в хорошем состоянии льда на колонне. Он соглашается: «Никаких проблем». Клауса я знаю довольно давно, он не станет загонять меня под пресс.

7 МАРТА 2005
Ментально я готов к прохождению. Стоим у основания маршрута с Гюнтером и Клаусом и пялимся на колонну. В непосредственной близости всё смотрится не так уж и страшно. Лёд гораздо толще и надёжней, чем казалось издали. Мы обходим колонну кругом. Трубочный лёд, в двух местах сквозь него прорывается солнечный свет. В середине — трещина: колонна оторвалась и просела сантиметров на десять, но не обвалилась. Разрыв уже успел зарасти молодым льдом. Я оцениваю это обстоятельство как положительное, поскольку просев, колонна избавилась от внутреннего напряжения.

После холодной ночи температура поднялась до 2 С, и по колонне стекает тающая вода. Феноменально удачные погодные условия для прохождения подобных маршрутов. Поехали! Хотя нет… Лёд всё-таки поганый. Для безопасности и во избежание продолжительных падений вкручиваюсь достаточно часто. На 20-метровой высоте вылажу на небольшой балкончик, на котором собираюсь вкрутить в надёжный лёд длинный ледобур. Уфффф…..Пока всё идёт по плану. Физически и ментально ощущаю себя на пике формы. Пара ударов инструментами и я пошел дальше… Оп-ля! Я слышу глубокий хруст, ощущаю, как громадный кусок льда опрокидывается назад, осознаю, что вся колонна рушится под моими ногами. «Все, Урс, ты труп!» В голове проносятся мысли о семье. Меня охватывает разочарование, что я не смог стать своей девочке лучшим отцом. (прим. ред. – и когда он успел разочароваться?). Вместе с огромными обломками колонны меня швыряет на землю. Удара я не ощущаю, в голове проносится: «Ты должен, обязан выжить…», — и меня вдавливает в снежные массы среди перемешивающихся обломков колонны. «Необходимо остаться на поверхности, греби наверх!…»

Когда всё останавливается, я подаю знак, что жив. Стараюсь высвободиться, пошевелить ногами. Клаус с Гюнтером уже бегут в мою сторону. Я на грани обморока. В голове и перед глазами туман. Я борюсь, я очень хочу жить. Через несколько минут слегка отпускает, я начинаю приходить в себя. Через пару минут уже слышу звук приближающегося вертолёта. Меня увозят на обследование в госпиталь, которое показало, что за исключением обширного ушиба бедра всё в порядке. Невероятно!

ЭПИЛОГ
В общем, всё позади. Я остался жив, Клаус отснял свою сессию. Что дальше? Можно ли было вообще публиковать эти фотографии? Я сам ненавижу статьи, в которых автор, чудом избежав смерти, бросается снова в не менее опасное приключение. Потом пишет книгу и ждёт аплодисментов. Образчиков подобной литературы тьма.

Я лично не ожидаю одобрения своих поступков, своего риска. Скорее наоборот, мне ужасно стыдно. Альпинизм для меня — это спорт, своеобразная игра. И то, что эта игра не всегда безопасна, мы  знаем. В тот момент, когда я вынужден был воспользоваться помощью извне, я проиграл. Я потерпел неудачу и при этом подверг своих друзей серьёзной опасности. Эта история повергла в шок мою семью. Так что у меня нет оснований гордиться пережитым. Будучи уверенным, что эти фотографии заставят многих задуматься, я решил опубликовать их в альпинистской прессе. Место происшествия и фотографии подверглись внимательному изучению со стороны специалистов. Ответить на главный вопрос — «ПОЧЕМУ?» — не смог никто. Выводы каждый делает для себя сам.